В 1933—1936 годах Александровский служил начальником особого отдела Украинского военного округа, считавшегося наиболее мощным по числу бронетанковых и кавалерийских соединений в РККА. В 1936 г. и до начала 1937 г. возглавлял контрразведывательный отдел НКВД УССР. К тому времени Разведывательное управление Генштаба уже понесло ощутимые кадровые потери вследствие репрессий и необдуманных реорганизаций. От должности заместителя начальника военной разведки 11 января 1937 г. отстранили опытнейшего разведчика, одного из разработчиков классических оперативных игр «Трест» и «Синдикат» Артура Артузова (по свидетельству Юлиана Семенова, вскрывшего себе вены в тюремной камере). На его место пришел старший майор госбезопасности (звание, равное генерал-майору) Михаил Александровский. Вскоре сменили и начальника Разведупра комкора Семена Урицкого, которого бросили на командование Московским военным округом (до скорого ареста). Вскоре приспел и февральско-мартовский Пленум ЦК ВКП(б), обосновавший тезис об «обострении классовой борьбы по мере приближения к социализму». Жертвой государственного террора стали органы внешней разведки. За время пребывания Н.Ежова во главе НКВД из 450 сотрудников внешней разведки НКВД репрессировали 275. В 1938 году в течение 127 дней Политбюро ЦК ВКП(б) не получило ни одной информации от Иностранного отдела НКВД. Аппарат внешней разведки пришлось спешно восстанавливать уже при Л.Берия — к 1940 году в нем работало 692 сотрудника, из них 242 за границей. Тут целесообразно коснуться дискуссионной проблемы состояния советской разведки перед войной. Стало хорошим тоном винить советскую разведку и лично И.Сталина в том, что они не выявили точных сроков гитлеровского нападения. Стало уже штампом утверждение — самонадеянный диктатор не внял предупреждениям разведчиков, и даже материл их в резолюциях. Однако, при этом не учитывают, что разведорганы НКВД, РККА, советская дипломатия стали объектами колоссальной по масштабам операции противника по дезинформированию Кремля.